"НОВАЯ ГАЗЕТА"
<23 октября 2008>
http://www.novayagazeta.ru/data/2008/79/23.html
ПУТЕШЕСТВИЕ К ПРЕЗИДЕНТУ
Корреспондент "Новой газеты" побывал в апартаментах
главы государства на Лунной Поляне и вернулся живым
Евгений ТИТОВ
Официально это место называется "Полигон научного центра "Биосфера", но экологи и местные жители окрестили его президентской дачей. Туда надо ехать из Майкопа, столицы Республики Адыгея: километров 70 по асфальтовой дороге, а дальше километров 20 по гравийке, которую насыпали специально для проезда в "Биосферу".
Мой проводник и водитель - Дмитрий Болотников из общественной организации "Экологическая Вахта по Северному Кавказу".
Старенький "Москвич" шуршит по гравию, то и дело подпрыгивая на ухабах. Впрочем, на дороге встречаются катки и грейдеры, укатывающие гравий почти до состояния асфальта.
Вцепившись в баранку на крутом повороте, Дмитрий разъясняет: строже всего экологическое законодательство России охраняет территорию со статусом "Заповедник". Более жесткие требования имеет лишь статус "Всемирное наследие" - тут вступает в силу международный закон. Лунная Поляна, куда мы едем, защищена дважды: она находится в Кавказском заповеднике, который входит в зону Всемирного наследия. Но именно там уже пятый год строится загадочный научный институт. Гравийная дорога тоже противоречит нормам экологии. В апреле на Кавказ приезжала миссия ЮНЕСКО и Международного союза охраны природы, рекомендовавшая прекратить строительство дороги. После этого адыгейский Росприроднадзор выдал предписание: строительные работы остановить. Но документ направили в республиканское Управление лесами, которое было неправомочно принять решение. В мае юг посетил руководитель российского Росприроднадзора Владимир Кириллов и тоже дал поручение остановить стройку. Но в поручении указал не ту территорию, где строительство на самом деле велось. Словом, центр "Биосфера" будто обладает иммунитетом против закона. Это легко объяснить: строительство ведется за федеральные деньги и руководит им Управление делами президента РФ. Заказчик строительства - компания "Роснефть". Дорогу решено проложить через весь заповедник.
Останавливаемся передохнуть у маленькой водозаборной станции на реке Серебрячка. Навстречу выходит седой человек с белой бородой. Это охранник по имени Карпо. Он рассказывает историю, похожую на легенду: одна подполковница решила пойти в центр "Биосфера" и выяснить, что там происходит. Она была из серьезного ведомства и ничего не боялась. На даче подполковницу задержали, допросили и отправили восвояси. И красная "корочка" ей не помогла. С тех пор подходить близко к этому странному месту никто не осмеливается.
Распрощавшись с Карпо, снова трясемся по кочкам. Через пару километров развилка. У поворота на Лунную Поляну стоит знак, запрещающий проезд. Но дорога вся в следах от гусениц и колес. Доезжаем до водопада, где дорога упирается в узкую горную тропинку. Дальше - только пешком. Переодеваемся.
В невыразительных серых курточках и темных трико, обвешанные фотоаппаратами, мы похожи на диверсантов. Топаем вверх, перемешивая кедами липкую грязь, траву и камни. Высота чуть больше двух километров, воздух разрежен несильно, но я с непривычки чувствую себя как рыба на суше. Судорожно заглатывая воздух, переставляю ноги и одновременно пытаюсь любоваться альпийскими лугами. Натыкаемся на пастухов, отдыхающих на траве рядом с лошадьми. Дом на Лунной Поляне пастухи тоже называют президентской дачей.
- Нам эта дача во где, - говорит один из них, касаясь ладонью горла.
- Перевал Чигурсан вообще перекрыли. Сказали пасти коней на Черкесском перевале, - подхватывает другой. - Земля там каменистая, коням ходить трудно. Они идут на водопой в сторону дачи, а тамошняя охрана их гоняет.
Предлагаю пастухам фото на память, но те машут руками:
- Не надо, потом ФСБ нам жизни не даст.
Напившись из горной речушки, продолжаем путь. Часа через два на горизонте появляется жилой комплекс - тот самый центр. Разделяемся: Дмитрий уходит еще выше, страховать меня, а я иду прямиком к "Биосфере". В Майкопе я слышал от туристов истории о том, как в этом районе их останавливает некий милиционер и заставляет удалять снимки из фотоаппаратов. Но собирать информацию разрешают Конституция и закон о СМИ. Так чего мне бояться? Спускаюсь к научному центру, одновременно делая фото. Прохожу две бетонные вертолетные площадки и направляюсь к зданию. В стороне бульдозер ворочает землю. Неподалеку на железной подставке огромная спутниковая тарелка. Перед домом, с удивлением уставившись на меня, стоят две дамочки в ослепительно чистых спецовках. На первом этаже открывается одна из многочисленных дверей. За ней появляется охранник в милицейской фуражке, камуфляжной куртке и берцах. Лицо у него, как и у дамочек, напряженно-удивленное. Протягиваю служебное удостоверение. Охранник растерянно вертит его в руках:
- Снимки делали?
- Да.
- Мне придется посмотреть.
- На каком основании?
Вздохнув, охранник снимает с пояса рацию:
- Пятый - сто первому. Срочно подойдите.
К нам приближается мужчина: судя по габаритам, бывший штангист или боксер-тяжеловес. Забрав у меня удостоверение и паспорт, велит идти за ним. Зданий тут несколько. Кроме основного есть белая двухэтажка, издалека похожая на сарай, и еще небольшой дом. Идем по каменным ступеням в сторону небольшого дома. Тротуарная плитка на территории центра что надо: шестиугольные глыбы из цельного камня. Дома сделаны по типу русской избы, бревно на бревно. Но бревна квадратные, что придает зданиям европейский вид. По пути интересуюсь:
- Эта собственность частная?
- Государственная. Это НИИ, - отзывается сзади человек в милицейской фуражке.
Меня заводят внутрь. Ученых здесь нет. Стоит терпкий запах свежего дерева. Из дерева сделаны стены, полы и потолки. Проходим мимо большого помещения, уставленного деревянными столами и стульями. На двери табличка: "Кефир с 20.40 до 21.00". Никогда не думал, что кефир - президентский напиток. Поднимаемся на второй этаж. Ступени и перила лестницы блестят темно-коричневым лаком. Вид у лестницы такой шикарный, что даже наступать неловко. Помещение на втором этаже - как кабина космического корабля: всю стену занимает окно, а рядом с ним длинный деревянный пульт с двумя пластиковыми джойстиками. Меня заводят в боковую комнатку и закрывают дверь. Человек-штангист задумчиво снимает куртку, обнажая внушительные бицепсы: "Доставайте фотоаппарат". Отказать трудно. Второй охранник указывает мне на кожаный диван и садится рядом. Удаляем все фотографии. Штангист присаживается в углу за офисным столом, тыкает кнопки на телефонном аппарате, рапортует: "Задержали журналиста. Изъяли фотоаппарат". Осматриваюсь: дорогущая офисная мебель, компьютер с ЖК-монитором, ADSL-модем. В углу изящный высокий сейф и три охранных щитка. На стене часы с черным циферблатом и картина с гербарием. Справа от меня шкаф со стеклянными дверцами. На полках шкафа таблички "Охрана труда" и "Организация полетов". Этот институт строили при помощи вертолетов, которые, кстати, незаконно брали гравий на реке Шахе близ Сочи.
Знакомлюсь. Охранника в фуражке зовут Павлом Дмитриевичем. Человек-штангист представляется как Игорь Евгеньевич. Он начальник охраны. Переписывает в блокнот мои паспортные данные. Спрашиваю:
- Чего ждем?
- Решают, что с тобой дальше делать.
- Кто решает?
- Москва.
Говорю, что эти действия незаконны и что я напишу про это в газете. Игорь Евгеньевич не смущается:
- Напишешь, если доживешь. Ты ушел в горы, но мог исчезнуть по пути, правда?
Наконец раздается телефонный звонок. Игорь Евгеньевич поворачивается к Павлу Дмитриевичу:
- Веди его.
Милиционер выводит меня обратно на улицу. К нам присоединяется человек в камуфляже и с охотничьим ножом на поясе. Затем, правда, отстает. Выходим на туристическую тропу. По пути Павел Дмитриевич рассказывает, какую траву лучше выпить от головной боли, а какую от почек. Расстаемся почти по-приятельски. Напоследок Павел говорит, что сюда лучше не ходить, потому что может загрызть медведь. Возвращает мне документы:
- Вы идите, а я вслед посмотрю.
Это чтобы я не фотографировал. Шагаю медленно, наслаждаясь каждым дуновением ветра и каждой травинкой. Скалистые вершины утопают в тумане, и, кажется, облака можно достать рукой. Лишь побывав в гостях у президента, можешь понять, что такое свобода.
